Мы расходник. Пленные беларусы, воевавшие в российской армии, рассказали всю правду об СВО на Украине
18 марта 2026 г.
“Тоже история такая нелепая. В выходной день я выпил алкоголь. Вышел в магазин. Ситуация получилась такая, что в тот момент власти России собирали всех этих мигрантов, ловили. И как раз после взрыва в Каракасе была большая нагонка. Ловили всех. Ну, и выпивший я попался рядом с милицией. Спросили документы. Хотел я подняться в квартиру, где жил. Чтобы взять им документы, показать. Короче, мы друг друга не поняли. Началась драка с ними. И вот такой способ я попал на СВО”, — рассказывает свою историю Иван из Гомеля.
За пьяную драку ему грозил срок, но полиция предложила альтернативу.
“Мне в отделении предложили это сделать. Опять же, мне поломали там руку. В этом отделении. То есть, серьезно это все было. Ну и там подписал контракт”, — говорит Иван.
По словам Ивана, его и других таких “контрактников” практически не готовили к участию в боевых действиях.
“Нас там ничему не обучали абсолютно. На полигоне я покопал ямы 3 дня в блиндаже. Дальше 3 дня поездили мы на полигон. Постреляли. Ну и все. Здравствуй, Волчанск”, — сказал солдат.
Уже через несколько дней Ивана кинули в так называемый мясной штурм, почти все его сослуживцы погибли, а он попал в плен к украинцам.
“Из 11 человек, которые были на агрегатном заводе, осталось четверо живых. И попали в плен. Мы четверо. Все контуженные, раненые”, — отметил Иван.
По словам Ивана, он до конца не понимал, что его ждёт на передовой, пока сам не увидел ужас войны собственными глазами.
“Конечно, в медиа всё совершенно по-другому об этом СВО. А на самом деле это ужасная бойня. Просто друг друга уничтожают. Все разрушено, все поломано. Кругом смерть. Да все мы расходники, кто здесь находимся. Все мы расходники. Не только я. Все, кто сюда попал, мы расходники”, — дополнил боец.
По словам Ивана, российское министерство обороны сразу же забывает о военнослужащих из других стран. В списки на обмен, в первую очередь, подают граждане России, потом северокорейцы и только потом беларусы. Ждать можно годами.